В рубке сидели рулевой Захар и еще один, белобрысый и краснощекий.

"Наверное, рыбий жир пьет, - подумал Женька. - Ишь какой бело-розовый..."

- Капустин! Это радист! Капустин! - закричал Куница, радостно приплясывая. - Капустин, ты где был?

- Где был, там и был, - ответил Капустин так же радостно. - А ты зачем тут? Ну ты даешь!

Куница на вопрос не ответил, подтолкнул вперед Женьку.

- Знакомься, Капустин, это Женька из Ленинграда. Ничего парень, обидчивый только.

- А что они насмехаются? - Женька вернул было свою обиду в сердце, оно у него больно сжалось, но Женька пересилил себя и спросил, глядя в добродушные лица моряков: - Что такое урсус?

- Суеверие вроде. Байки рыбацкие. Если новый человек на судне, нужно его проверить на предмет хвоста. Урсус - он с дурным глазом: рыбу от корабля отводит. Это все шутки, для смеха. Рыбаку в море смех нужен: злой рыбак не рыбак - акула и паразит.

- Это не смех, а насмешка.

- От характера зависит, - сказал Капустин. - Садитесь на рундук. Капустин подвинулся, освобождая ребятам место на штурманском столе.

В рубке свистнул кто-то. Ребята оглянулись. Радист Капустин наклонился к трубке у стены и свистнул в ответ.

- Капустин, включай прибор, - прогудела трубка. - В квадрат пришли.

- Есть! - ответил радист. Подошел к висящему на стене эхолоту, включил его. Прибор защелкал, рычажок-самописец пошел вверх-вниз, рисуя на бумажной ленте кривую линию.

Капустин поманил мальчишек рукой.

- Смотрите сюда. Видите - линия. Эхолот пишет дно. Вон какие шпили вырисовывает. Дно неровное, каменистое.

Сигнал эхолота пронзал толщу воды, отражался от донных камней и спешил обратно. "Чистая вода. Пусто под днищем", - чертил самописец.