Проснулся Женька от необычного света, бьющего сквозь веки, открыл глаза и, ослепленный, зажмурился. Над ним гремел неестественно громкий голос:

- Здорово, русалки!

Женька заслонил глаза ладонью, приоткрыл их и понял - прожектор.

- Как на судно проникли?

- Не кричи в мегафон, мы тебе, что, глухие? - ответил Куница.

Над ними нависал парень с плечами широкими, как качели, и скалил зубы; в свете прожектора парень был резко очерчен в небе и как бы парил. Пахло от него машинным угаром и керосином.

- Ясно. Сыпьте к капитану. - По голосу Женька угадал искателя красноперой рыбы. Парень вздохнул с шумным и нескрываемым притворством. Не везет мне нынче - непруха - со всех сторон исключительное разочарование.

Куница пояснил, толкнув Женьку в бок:

- Не робей, это механик Коля. Шумный он. Его Бухалом иногда называют, кличка такая.

- Я вот тебе побухаю! Сказал - сыпьте к капитану! Захар, выключай прожектор.

Выше, на мостике, раздался смешок, и прожектор погас. Глаза заломило от темноты, ни звезд, ни теней, только разноцветные вертящиеся круги. Механик Коля уже кричал внизу:

- Капитан, на спардеке две темные личности, я соображаю, они в Швецию собираются. Как ты лезешь? Переворачивайся! - Это уже относилось к Женьке. Обалдев от яркого света, от мегафонного голоса и темноты, Женька спускался по трапу вниз головой.

* * *

В рубке было тепло и очень светло.

Капитан посмотрел на ребят как бы вскользь.

- Вот какие русалки. Если я вас на погранзаставу? Там разберутся, пожалуй, что к чему и каким образом...

- Не доставите. Вы, товарищ Малыгин, сейчас за рыбой бежите на Горбатую банку, а на заставу вон какой крюк - рыба дожидаться не будет.