В рубке был еще один человек, его называли старпомом. Он засмеялся.

Куница разулыбался тоже и, как бы успокаивая капитана, добавил:

- Мы же не на экскурсию, мы же работать. Две пары рук пригодятся.

Капитан прощупал Женькины плечи. Женька ойкнул - после такого осмотра не то что рукой, пальцем не шевельнешь.

- Коля, покажись им, пусть узнают на будущее.

Механик Коля скинул куртку, выпятил грудь, упер кулаки в пояс, подал локти вперед. Под грудью у него возникла будто пещера. После этих маневров сделался он похожим на литую бетонную статую, раскрашенную для моряцкого утверждения в синюю и белую полосы.

- Капитан, спустим их на лине за борт, пусть носами свистят, рыбу приманивают. - Механик уселся на штурманский стол, застланный полушубком. - А если подумать - пусть привыкают к морю, может, капитанами вырастут или, как я, механиками.

Капитан стал в дверях, что-то долго глядел в темное море, невидимое в рубке из-за яркого электричества, но ощутимо присутствующее.

Над столом, где сидел Коля, похожая на столовское меню, висела инструкция в багетовой рамке. Женька прочитал про себя:

"КАПИТАН:

1. Пожарная тревога: общее руководство - находится на мостике.

2. Водная тревога: общее руководство - находится на мостике.

3. Шлюпочная тревога: командует шлюпкой, последним покидает судно".

"Про нас в инструкции ничего нет, - подумал Женька. - Мы не тревога".

Капитан Малыгин с костистой головой, выпуклым лбом, приподнятыми плечами, тоже костистыми и как бы распахнутыми, напомнил Женьке тех рыбаков из Песчанки: в глазах спокойная твердость, одежда крепкая, словно и необмятая.

- Старпом, - сказал он, - поди Захара смени, парень на вахте стоял и сейчас за рулем. Как маяк из-за мыска мигнет, повернешь прямо на зюйд. Скоро в квадрат придем.

Старпом ушел, подмигнув ребятам. Механик Коля поправил на голове новенькую фуражку.